4e130821

Бигл-мл Ллойд - Музыкодел



Ллойд Биггл-младший
МУЗЫКОДЕЛ
Все называют это Центром. Есть и другое название. Оно упот-
ребляется в официальных документах, его можно найти в энциклопе-
дии - но им никто не пользуется. От Бомбея до Лимы энают просто
Центр. Вы можете вынырнуть из клубящихся туманов Венеры, протол-
каться к стойке и начать: "Когда я был в Центре..." - и каждый,
кто услышит, внимательно прислушается. Можете упомянуть о Центре
где-нибудь в Лондоне, или в марсианской пустыне, или на одинокой
станции на Плутоне-и вас наверняка поймут.
Никто никогда не объясняет, что такое Центр. Это невозможно,
да и не нужно. Все, от грудного младенца и до столетнего старика,
заканчивающего свой жизненный путь, все побывали там и собираются
поехать снова через год, и еще через год. Это страна отпусков и
каникул для всей Солнечной системы. Это многие квадратные мили
американского Среднего Востока, преображенные искусной планиров-
кой, неустанным трудом и невероятными расходами. Это памятник
культурных достижений человечества, возник он внезапно, необъяс-
нимо, словно феникс, в конце двадцать четвертого столетия из ист-
левшего пепла распавшейся культуры.
Центр грандиозен, эффектен и великолепен. Он вдохновляет,
учит и развлекает. Он внушает благоговение, он подавляет, он...
все что угодно.
И хотя лишь немногие из его посетителей знают об этом или
придают этому значение - в нем обитает привидение.
Вы стоите на видовой галерее огромного памятника Баху. Далеко
влево, на склоне холма, вы видите взволнованных зрителей, запол-
нивших Греческий театр Аристофана. Солнечный свет играет на их
ярких разноцветных одеждах. Они поглощены представлением-счастли-
вые очевидцы того, что миллионы смотрят только по видеоскопу.
За театром, мимо памятника Данте и института Микеланджело,
тянется вдаль обсаженный деревьями бульвар Франка Ллойда Райта.
Двойная башня - копия Реймсского собора - возвышается на горизон-
те. Под ней вы видите искусный ландшафт французского парка XVIII
века, а рядом-Мольеровский театр.
Чья-то рука вцепляется в ваш рукав, вы раздраженно оборачива-
етесь - и оказываетесь лицом к лицу с каким-то стариком. Его лицо
все в шрамах и морщинах, на Голове - остатки седых волос. Его
скрюченная рука напоминает клешню. Вглядевшись, вы видите кривое,
искалеченное плечо, ужасный шрам на месте ухаи испуганно пяти-
тесь.
Взгляд запавших глаз следует за вами. Рука простирается в ве-
личавом жесте, который охватывает все вокруг до самого далекого
горизонта, и вы замечаете, что многих пальцев не хватает, а ос-
тавшиеся изуродованы. Раздается хриплый голос:
- Нравится?-спрашивает он и выжидающе смотрит на вас.
Вздрогнув, вы говорите:
- Да, конечно.
Он делает шаг вперед, и в глазах его светится нетерпеливая
мольба:
- Я говорю, нравится вам это?
В замешательстве вы можете только торопливо кивнуть, спеша
уйти. Но в ответ на ваш кивок неожиданно появляется детская ра-
достная улыбка, звучит скрипучий смех и торжествующий крик:
- Это я сделал! Я сделал все это!
Или стоите вы на блистательном проспекте Платона между Вагне-
ровским театром, где ежедневно без перерывов исполняют целиком
"Кольцо Нибелунгов", и копией театра "Глобус" XVI века, где ут-
ром, днем и вечером идут представления шекспировской драмы.
В вас вцепляется рука.
- Нравится?
Если вы отвечаете восторженными похвалами, старик нетерпеливо
смотрит на вас и только ждет, когда вы кончите, чтобы спросить
снова:
- Я говорю, нравится вам это?
И когда вы, улыбаясь, киваете го



Назад